Некоторые из читателей могут думать разное обо мне. Но я хочу охарактеризовать именно свои слезы. Если бы каждый, кто будет читать мои рассказы, вдумывался в такие страшные и тяжелые мои жизненные муки, он бы, конечно, понял, к чему были мои слезы при встрече с этим офицером. Вполне понятно для меня, но как могут понять другие? Да кто мы были – ничтожные люди, никто нас и за людей не считал. И как с нами обращались – хуже, чем со скотиной.
Мне пришлось попасть сюда, на Западный фронт, только летом 1942-го года и попали мы на Калининский фронт 30-го июля, там началось наступление. Это время, когда наши войска отступали в районе Сталинграда, Украины, Сталинградская битва уже назревала. И вот в это время было предпринято наступление, надо сказать, неудачное. Это у меня самое первое и самое тяжелое впечатление о войне. Все это усугублялось еще тем, что среди войск Калининского фронта было много войск, подразделений и соединений, которые формировались в республиках Средней Азии – Казахстан, Узбекистан и т.д.
23 Июля 2010, 09:00 Юрий Александрович Мошков, проф. к. и. н.
При распределении на работу на Базе меня как "грамотного" направили в тракторный отдел. Там я стал вроде заведующего хранилищем тракторных запасных частей. Тракторное имущество поступало и выдавалось довольно редко, и мы, - два офицера и я, рядовой, - изрядно бездельничали. Женя привёз мне из Москвы карманное Евангелие, и, поскольку База располагалась в лесу, всегда находились укромные места, где можно было читать и перечитывать его.
21 Июля 2010, 09:00 Владимир Иванович Гоманьков, доктор физ-мат. наук
Месяц в проверочном лагере в Премнитце, где письменно доложил о хороших и плохих.. Нам дают возможность говорить! Мне дали ученическую тетрадку. Кого-то интересуют мои сведения, а может и мысли! Значит, не просто «равняйсь, шагом марш!». О, мыслей много накопилось за три года, жгучих мыслей. Постарался быть кратким – другую тетрадь вряд ли получу, времени писать мало, а им читать – тем более: им нужно срочно разобраться кто есть каждый из нас.
В июле 1944 года Красная Армия освободила город Львов и продвигалась в направлении города Перемышль. Узнав об этом, я настолько обрадовался, что осмелел и сказал хозяевам: «Спасибо вам, дорогие, за хлеб и соль! Спасибо за то, что я смог у вас дожить до этих радостных дней. Я лейтенант Красной Армии, и мне давно надо быть вместе с ней. Настоящая моя фамилия — Купреев Ефим Николаевич. Я русский, родом из Брянских лесов...»
Помню, как однажды рано утром вылезли из трясины, сняли с себя грязные и тяжелые комбинезоны. Стало очень холодно, а дождик, как назло, пошел еще сильнее. Мы увидели копны из осоки и залезли в них, чтобы согреться. Это не очень помогло. Хотели есть, попить чего-нибудь горячего. Решили послать трех человек за продуктами в ближайшее село. Они не вернулись. Мы слышали оттуда выстрелы. Я заметил, что командир одного из моих экипажей старший сержант Демидов держит в руках револьвер и как-то странно себя ведет.
Меня, более слабого физически, лагерная вошь свалила в тифозный барак. Провалялся там осень и зиму 1942-43 годов. Посреди двухэтажных нар огромного сарая топилась металлическая бочка. У нее сидят «санитары» – переболевшие. Днем у них много работы – идет на потоке замена «новым пополнением» мест, освобождаемых вывезенными в братскую могилу. Позже на ней установят обелиск с цифрой 30 тысяч.
С небольшой высотки мы с бригадным разведчиком капитаном И.В. Бобровым и телефонистом сержантом Н.И. Васиным вели наблюдение за полем боя. Неожиданно прямо на нас выползли три немецких танка.
Что делать? Защищаться нечем — наши далеко. Бежать? Догонят, раздавят, подстрелят, как куропаток.
А ну! Последний рывок. У меня в планшете лежит уже карта Берлина. Нет, это не рывок. Это тяжёлый бой за каждый населённый пункт, каждый мост, каждую опушку, каждый дом. Нас прикрывают покрышкинцы. Молодцы, очень хорошо и организованно работают. Но немцы всё же непрерывно висят в воздухе, их аэродромы рядом. Наши самолёты уходят на свои базы на 30-40 минут раньше немцев. И вот тут те дают нам «копоти».
8 Мая 2010, 09:00 Теодор Вульфович, писатель и кинорежиссер
О конце войны мы узнали в ночь с 8-го на 9-е мая по феерической стрельбе ракетами и трассирующими пулями в Могилёве, который хорошо просматривался с нашего высокого берега Днепра. На следующий день и мы, выстроившись у избы, к радости деревенских мальчишек тоже дали залп из автоматов. Утром же по деревне громко голосили и рыдали вдовы, чьи мужья уже никогда не вернутся домой.
5 Мая 2010, 09:00 Владимир Иванович Гоманьков, доктор физ-мат. наук
Как необученных, отбирают большую группу, садят в хорошо оборудованные теплушки – и в Закавказье. Там еще переход в 300 км к турецкой границе, в Ахал-Цих, где 30 лет назад служил и мой отец. 100 дней учебы, тренировок, ночных бросков – мы радисты. Меня произвели аж в старшие сержанты – командиром отделения своих однокашников-студентов. Не могу не похвастать: на дивизионных учениях принял контрольную шифрограмму без ошибок.
Был такой случай. Рота наша совершала в апреле 1944 года марш Орел — Мозырь и остановилась на привал. Прибыла машина с горючим. Мне надо было действовать энергично: выделить солдат, дать им задание скатить бочки с платформы машины, доставить их к своей технике, заправить баки. Я понадеялся на ротного техника. Заправка горючим затянулась. Командир роты Сыч преподал мне урок, — некоторые его выражения я помню до сих пор.
С чего начать? С 1905 года, когда деда убили казаки на Алчевском металлургическом за участие в стачке? С сиротства в 13 лет? С ухода на войну, пятижды добровольно? С позора пленения вместо смерти? Да и как писать о себе? Это же невозможно: если все, как было (как я помню), – скажут – врет, оправдывается, хвастает. Если скромно – хватит одного листа автобиографии, какие писал много раз. С назиданиями? Кому они нужны?
Бои под Синявином осенью 42-го года навсегда остались в памяти как самые тяжелые. У немцев тогда уже была прекрасная разведка, безотказная связь, плотная насыщенность артиллерией и минометами, необходимое количество боеприпасов и особая оперативность командования. Авиационное прикрытие с воздуха было абсолютным, самолеты-корректировщики обеспечивали точность ведения огня. Даже при обнаружении нашей маленькой, в пять-десять человек, разведгруппы немедленно открывался пулеметный огонь.
14 Апреля 2010, 09:00 Г.Г. Борисов, гвардии рядовой в отставке
Я свалился с настила в болото и прижался к бревну. На настиле продолжают рваться снаряды. До того все осточертело! Голова пуста, ничего не слышу, тела не чувствую, думаю — рвануло бы скорее, чтобы покончить с этим кошмаром бессилия! Вдруг снаряд рикошетом от бревна ушел прямо под меня. И вот ведь какова человеческая психология, жажда жизни: неужели взорвется? А снаряд, уйдя в трясину, потерял ударную силу и не взорвался.
12 Апреля 2010, 09:00 Г.Г. Борисов, гвардии рядовой в отставке
Местные жители говорили, что «все предупреждены: на ночь никого не пускать. А кто пустит кого и узнают из полиции – то дают 10 розгов». Везде и всюду царила немецкая палочная дисциплина. Во всех селах были полицейские, староста, комендант из числа жителей и немецкий жандарм. Поэтому мы направились к старосте, чтобы нас устроили где-то на ночлег.
Сначала в войсках не было даже миноискателей и бойцы гибли, подрываясь на минах. Даже в нашем отдалённом белорусском г. Могилёве знали об этом, а две большие школы в городе были заняты под госпитали для раненых и обмороженных. Несмотря на наше подавляющее численное превосходство, только к началу февраля войска подошли к «линии Маннергейма» и, прорвав её, стали двигаться к Выборгскому укрепрайону.
7 Апреля 2010, 09:00 Владимир Иванович Гоманьков, доктор физ-мат. наук
Вся пропаганда была повернута вспять. А поскольку в сталинские времена демагогия подтверждалась практическими делами, то вскоре вышел приказ: «За мародёрство, недостойное поведение, бесчинство и прочее по отношению к населению других государств, придавать суду военного трибунала с определением в штрафные роты и батальоны». Так мы зашли на территорию Германии.
24 Марта 2010, 09:00 беседует д.ф.н., профессор Андрей Леонидович Вассоевич
Операция «Багратион» это условное название Белорусской стратегической наступательной операции, разработанной ставкой верховного главного командования на летне-осеннюю кампанию 1944 года. Это одна из выдающихся операций ВОВ. Успех её предопределил успех всех остальных операций летне-осенних кампаний, в результате которых было завершено освобождение советской земли от немецко-фашистской оккупации.
22 Марта 2010, 09:00 беседует д.ф.н., профессор Андрей Леонидович Вассоевич
Разведчик должен хорошо ориентироваться на местности и ходить «по азимуту», он должен уметь читать карты и выбирать дороги для проезда пушек. Кроме того, он должен оценивать расстояние от наблюдательного пункта до цели с помощью бинокля или стереотрубы. Хорошо бы разведчику и уметь ещё подготавливать данные для стрельбы с закрытых позиций, но для этого надо немного знать тригонометрию, чтобы решать треугольники.
10 Марта 2010, 09:00 Владимир Иванович Гоманьков, доктор физ-мат. наук
