Плен

Н.И. Павлова

В апреле 1944 года вышел приказ об отправке русских батраков в Герма­нию. 17 апреля нас погрузили в битком набитые вагоны и повезли на запад. На остановках никуда не выпускали, хотя стояли подолгу — путь во многих местах был разрушен. Привезли в Берлин, в распределительный лагерь.

Фотоархив

Проснулся дядя рано и услышал, как по улице двигается большая масса людей с повозками и автотранспортом. Он решил, что это отступает какая-то наша часть, и стал быстро одеваться, чтобы присоединиться к ней. В этот момент входит хозяин дома, а с ним немецкий фельдфебель с автоматом. Немец направил на дядю автомат и стал что-то кричать по-немецки. Дядя немецкого не знал, но понял, что немец берёт его в плен.

28 июня 2013
|

Иван Дергачев

В День Победы 9 мая 1945 г. к нам пришёл утром немец электрик Пауль и сказал, чтобы мы пришли к нему в дом послушать передачу из Москвы на русском языке. Когда мы пришли, главное уже было сказано. Москва ликовала, была неописуемая радость всего народа-победителя. Нашему восторгу не было предела. Ощущение было такое, как будто мы родились заново, но уже понимающими, ходячими и говорящими.

Иван Дергачёв

Оказавшись в начале войны в немецкой оккупации, мы мужественно переносили голод, холод, моральный, физический и материальный ущерб. Сейчас воспоминания о войне вызывают слёзы. Когда по телевизору показывают людей за колючей проволокой в немецких концлагерях: взрослых, старых и детей, сердце обливается кровью, это невольно напоминает о том, что и мы были с ними на положении узников немецких концлагерей.

С.Н. Зелинский

Время неумолимо, и каждый день все меньше остается с нами тех, кто знает войну не из кино и книг. Сегодня я хочу поделиться с вами воспоминаниями о войне человека, который прошел все жернова гитлеровских концлагерей, выжил в этом аду на земле и несмотря ни на что, нашел в себе силы жить дальше.

Массовое пленение совет­ских военнослужащих, превратившееся уже в первые месяцы войны в беспрецедентную в мировой военной истории гума­нитарную катастрофу, делало практически невозможным соз­дание для них условий содержания, соответствующих требо­ваниям международных соглашений о военнопленных, даже если бы фашистская Германия и СССР готовы были их соблю­дать.

В отношении государств, не подписавших Гаагскую Конвенцию, ее правила не действуют. А вот Женевские Конвенции 1929 года и 1949 года оговаривают, что государства подписанты обязаны руководствоваться Конвенцией во всех случаях и в отношении всех стран. Получается по смыслу Женевы, что Сталин (если СССР не подписал) мог издеваться над немецкими пленными, а Гитлер над советскими нет. Но в действительности все было наоборот.

8 февраля 2013
|

Женевская конвенция об обращении с военнопленными, иначе называемая Женевская конвенция 1929 года была подписана в Женеве 27 июля 1929 года. Именно эта часть Женевских конвенций регулирует обращение с военнопленными во Второй мировой войне. Являлась предшественницей Третьей Женевской конвенции, подписанной в 1949 году.

6 февраля 2013
|

Сначала у них был хороший начальник, заботливый. До того заботливый, что каждую ночь без перерыва приходил в барак с конвойными и солдатами, укладывал заключенных на длинные столы вдоль барака и приказывал пороть плетью в кровь. Следы этой «заботливости» остались на теле отца на всю жизнь.

Все, что за века было порождено фантазией преступников, не сравнится с ужасом происходившего в германских концлагерях. Все, что до сего дня было написано об этом, не является преувеличением. Даже и то, что умирающие заключенные ели мертвых, и то, что людей убивали, чтобы использовать их кожу для переплетов книг или для производства оригинальных кожаных изделий.

Тысячи пленных согнали вместе и погрузили в товарные вагоны. Тесно, как селедок в бочку натолкали. Да погнали эшелоны на север — восстанавливать Беломорканал. Две недели в давке, духоте, голодные.

7 февраля 2011
|

маршал А.Л. Папагос

В Кёнингштайме находились в заключении очень многие генералы из разных стран: было сорок французов, среди которых Конде и Буре, пять голландцев во главе с их маршалом Винкерманом. Со всеми ними за время нашего там пребывания нас связали узы дружбы. Общение и беседы с ними были весьма интересны.

Словно животных, загрузили в товарные вагоны и куда-то отправили. Куда? Мы терялись в догадках. Мне было очень страшно. Я думал, что нас везут на расстрел. Почти так и вышло: нас доставили в Саласпилс. Самым страшным был первый день. Нас раздели, затем загнали в душевые и начали мыть хлоркой. Потом выдали робу, и мы стали похожи на сотни остальных заключенных…

29 сентября 2010
|

Ф. Милютин

Что творилось во время массового отступления войск, трудно передать словами. Транспорта никако­го. Было, правда, несколько конных повозок для ране­ных, боеприпасов и провианта. Разрозненными груп­пами, вначале большими, шли мы на Восток. Шли пре­имущественно ночью, иногда проходили до 80 км, а днем сваливались от усталости, не было сил даже дой­ти до полевой кухни за горячей пищей.

3 сентября 2010
|

Во время вой­ны, в 1942 году, немцы устроили в Вырице концентрационный ла­герь для детей. Те, кто выжил, вспоминали о вырицком концлагере так: «День начинался с криков, с того, что по палатам бежит надзиратель Вера в чёрной форме с широким ремнём, осматривая постель, и кто провинился, того нещадно бьёт плёткой…»; «Мы работали в лесу и на полях с надзирателем, немцем Бруно, он ходил с плёт­кой и наказывал…»…

А.А.Петров, 1982 г.

Я был маленький и не мог осознать глубину и ничтожную вероятность возможности этой встречи. Но передо мной стояла моя мама. Собаки, удары резиновых жгутов, запах сожженных людей, трупы истощенных узников, мой крик на весь лагерь Майданек, когда уходила от меня моя мама; невозможность уйти от расстрела, когда фашисты отступали. «Мама, как же ты осталась жива?» Я плакал, сердце мое колотилось.

Жили в постоянной тревоге, не зная, что будет завтра. К февралю у всех кончились припасы, начался голод. Умерло много народу, особенно среди тех, кто при немцах не работал. Умерли от голода наш папа, дед и дядя — папин брат. Мама осталась одна с четырьмя детьми. Я была самой старшей, остальным было десять, четыре и два года.

12 февраля 2010
|

Дети были очень ослаблены. После малейшей царапины у них образовывались незаживающие язвы, особенно на ногах. Я попросила у лагерного врача бумажные бинты, вату, лиг­нин, перекись водорода, марганцовку, рыбий жир и ихтиоло­вую мазь. В первое время приходилось делать до сорока перевязок в день, постепенно их количество уменьшилось.

5 февраля 2010
|

Не сразу привык я к нормальной жизни. Даже лечь в чистую постель не ре­шался. Казалось, что это не для меня, и невольно оглядывал комнату в поисках охапки соломы где-нибудь в углу. Труднее всего было заставить себя смотреть людям в глаза: в лагере такое всегда кончалось скверно. Мама, наверное, с год приучала меня не отводить взгляда от человеческих лиц, ведь добрых-то людей все-таки больше…

27 ноября 2009
|

В. Белоусова

Начались у меня предродовые схватки, тридцатого июня, женщины просят солдат — охранников выпустить меня, на большой живот мой показывают, маячат им — в больницу, мол, надо, отведите. А те оружием грозят, кричат что-то. В конце концов, один из них под ружьём повёл меня в городскую больницу. А мне уже невмоготу.


Log in