Тогда я не плакала

Дают задание: идти посмотреть, кого сегодня будут вешать. Идешь по улице, видишь: уже готовят веревку. Плакать нельзя, задержаться лишнюю секунду нельзя, потому что везде шпики. И сколько надо было, нехорошее тут слово - мужества, сколько надо сил душевных, чтобы молчать. Без слез пройти мимо.

25 марта 2013|Алексиевич Светлана

Тогда я не плакала

Дают задание: идти посмотреть, кого сегодня будут вешать. Идешь по улице, видишь: уже готовят веревку. Плакать нельзя, задержаться лишнюю секунду нельзя, потому что везде шпики. И сколько надо было, нехорошее тут слово - мужества, сколько надо сил душевных, чтобы молчать. Без слез пройти мимо.

25 марта 2013|Алексиевич Светлана

Плацдарм отстояли

Как сейчас, передо мной тот но­ябрьский вечер, когда наш военфельдшер, всегда улыбчивый и спокойный Владимир Куценко мечтал о рыбалке в родном Днепропетровске. Через несколько дней шестерка «юнкерсов» атаковала наши огне­вые позиции, и он был убит из пулемета пикирующего самоле­та. Пули изрешетили ему спину. Вот так, не довелось Владимиру больше порыбачить на Днепре...

22 марта 2013|Кравцов Борис Васильевич

Плацдарм отстояли

Как сейчас, передо мной тот но­ябрьский вечер, когда наш военфельдшер, всегда улыбчивый и спокойный Владимир Куценко мечтал о рыбалке в родном Днепропетровске. Через несколько дней шестерка «юнкерсов» атаковала наши огне­вые позиции, и он был убит из пулемета пикирующего самоле­та. Пули изрешетили ему спину. Вот так, не довелось Владимиру больше порыбачить на Днепре...

22 марта 2013|Кравцов Борис Васильевич

Плацдарм отстояли

Как сейчас, передо мной тот но­ябрьский вечер, когда наш военфельдшер, всегда улыбчивый и спокойный Владимир Куценко мечтал о рыбалке в родном Днепропетровске. Через несколько дней шестерка «юнкерсов» атаковала наши огне­вые позиции, и он был убит из пулемета пикирующего самоле­та. Пули изрешетили ему спину. Вот так, не довелось Владимиру больше порыбачить на Днепре...

22 марта 2013|Кравцов Борис Васильевич

Плацдарм отстояли

Как сейчас, передо мной тот но­ябрьский вечер, когда наш военфельдшер, всегда улыбчивый и спокойный Владимир Куценко мечтал о рыбалке в родном Днепропетровске. Через несколько дней шестерка «юнкерсов» атаковала наши огне­вые позиции, и он был убит из пулемета пикирующего самоле­та. Пули изрешетили ему спину. Вот так, не довелось Владимиру больше порыбачить на Днепре...

22 марта 2013|Кравцов Борис Васильевич

Опыты с сыпным тифом

Опыты в блоке 46 концентрационного лагеря Бухенвальд проводились следующим образом: группе жертв сначала дела­лись прививки сыпнотифозной вакцины, а затем их заражали вирусом сыпного тифа. Чтобы отчетливо выявить действенность вакцины, другую группу заключенных заражали только возбудителем сыпного тифа без предварительной прививки.

20 марта 2013|архивные материалы

Опыты с сыпным тифом

Опыты в блоке 46 концентрационного лагеря Бухенвальд проводились следующим образом: группе жертв сначала дела­лись прививки сыпнотифозной вакцины, а затем их заражали вирусом сыпного тифа. Чтобы отчетливо выявить действенность вакцины, другую группу заключенных заражали только возбудителем сыпного тифа без предварительной прививки.

20 марта 2013|архивные материалы

Опыты с сыпным тифом

Опыты в блоке 46 концентрационного лагеря Бухенвальд проводились следующим образом: группе жертв сначала дела­лись прививки сыпнотифозной вакцины, а затем их заражали вирусом сыпного тифа. Чтобы отчетливо выявить действенность вакцины, другую группу заключенных заражали только возбудителем сыпного тифа без предварительной прививки.

20 марта 2013|архивные материалы

Иудина грамота

Когда после тоскливой, обшарпанной станции Рогавка из неуютного, из­рытого карьерами торфяного поселка попадаешь в эту маленькую деревеньку с двумя рядами шелестящих тополей вдоль единственной улицы, наполняешь­ся тихой радостью: есть же на свете такие мирные, греющие сердце уголки. И только случай, занесший меня сюда в очередную годовщину далекой вой­ны, позволил узнать о трагедии, разыгравшейся...

18 марта 2013|Иванова И. А., журналист

Иудина грамота

Когда после тоскливой, обшарпанной станции Рогавка из неуютного, из­рытого карьерами торфяного поселка попадаешь в эту маленькую деревеньку с двумя рядами шелестящих тополей вдоль единственной улицы, наполняешь­ся тихой радостью: есть же на свете такие мирные, греющие сердце уголки. И только случай, занесший меня сюда в очередную годовщину далекой вой­ны, позволил узнать о трагедии, разыгравшейся...

18 марта 2013|Иванова И. А., журналист

Иудина грамота

Когда после тоскливой, обшарпанной станции Рогавка из неуютного, из­рытого карьерами торфяного поселка попадаешь в эту маленькую деревеньку с двумя рядами шелестящих тополей вдоль единственной улицы, наполняешь­ся тихой радостью: есть же на свете такие мирные, греющие сердце уголки. И только случай, занесший меня сюда в очередную годовщину далекой вой­ны, позволил узнать о трагедии, разыгравшейся...

18 марта 2013|Иванова И. А., журналист

Исповедники: испытания на Родине

После прихода немцев в 1941 году арестовали активистов-комсомольцев, но о. Владимир спас их от расстрела, а спустя сутки, и его самого арестовали. По ходатайству местных интеллигентов перед комендантом он был отпущен. Вскоре пришли активисты с благодарностью за спасение и сознались, что пять раз приходили убить священника, но всегда что-то мешало...

15 марта 2013|редакция сайта

Исповедники: испытания на Родине

После прихода немцев в 1941 году арестовали активистов-комсомольцев, но о. Владимир спас их от расстрела, а спустя сутки, и его самого арестовали. По ходатайству местных интеллигентов перед комендантом он был отпущен. Вскоре пришли активисты с благодарностью за спасение и сознались, что пять раз приходили убить священника, но всегда что-то мешало...

15 марта 2013|редакция сайта

Исповедники: испытания на Родине

После прихода немцев в 1941 году арестовали активистов-комсомольцев, но о. Владимир спас их от расстрела, а спустя сутки, и его самого арестовали. По ходатайству местных интеллигентов перед комендантом он был отпущен. Вскоре пришли активисты с благодарностью за спасение и сознались, что пять раз приходили убить священника, но всегда что-то мешало...

15 марта 2013|редакция сайта

Исповедники: испытания на Родине

После прихода немцев в 1941 году арестовали активистов-комсомольцев, но о. Владимир спас их от расстрела, а спустя сутки, и его самого арестовали. По ходатайству местных интеллигентов перед комендантом он был отпущен. Вскоре пришли активисты с благодарностью за спасение и сознались, что пять раз приходили убить священника, но всегда что-то мешало...

15 марта 2013|редакция сайта

Исповедники: испытания на Родине

После прихода немцев в 1941 году арестовали активистов-комсомольцев, но о. Владимир спас их от расстрела, а спустя сутки, и его самого арестовали. По ходатайству местных интеллигентов перед комендантом он был отпущен. Вскоре пришли активисты с благодарностью за спасение и сознались, что пять раз приходили убить священника, но всегда что-то мешало...

15 марта 2013|редакция сайта

День третий

В следующем окопе русские и немцы лежали рядом и друг на друге. Среди них был унтерштурмфюрер с вытянутой вверх рукой. Кисть руки была срезана словно бритвой. Другая рука была скрыта повернутым на бок телом. Одна нога была поднята вверх, словно для прыжка.

13 марта 2013|Пфёч Курт

День третий

В следующем окопе русские и немцы лежали рядом и друг на друге. Среди них был унтерштурмфюрер с вытянутой вверх рукой. Кисть руки была срезана словно бритвой. Другая рука была скрыта повернутым на бок телом. Одна нога была поднята вверх, словно для прыжка.

13 марта 2013|Пфёч Курт

День третий

В следующем окопе русские и немцы лежали рядом и друг на друге. Среди них был унтерштурмфюрер с вытянутой вверх рукой. Кисть руки была срезана словно бритвой. Другая рука была скрыта повернутым на бок телом. Одна нога была поднята вверх, словно для прыжка.

13 марта 2013|Пфёч Курт